kushanashvili_o (kushanashvili_o) wrote,
kushanashvili_o
kushanashvili_o

Отар Кушанашвили — о мужеубийстве, или когда единственный выход — отправить скотину к праотцам

В соцсетях набирает обороты флешмоб «Я не боюсь сказать» против насилия над женщинами, запущенный журналисткой Анастасией Мельниченко. На актуальную тему высказался наш колумнист Отар Кушанашвили.

-Я про таких женщин слышал и даже однажды читал, но ни разу доселе не видел.
И вот в Набережных Челнах меня познакомили с Екатериной, Катей, полной жизни дамой, приветливой, показавшейся мне одной из тех, кто умеет быть счастливой здесь и сейчас, в сию секунду.
Среди прочего, мы обсуждали сериалы, я сверх всякой меры восхвалял разные, дошел до «Тюрьмы ОZ» (возьмите, кстати, на карандашик), в этот момент все посмотрели на Катю, и Катя произнесла: «А вот про наши тюрьмы одну чепуху снимают». Я тихо, недоуменно: «Так вы…?» — «Да». И добавила: «Урода убила. Мужа». Мужа, с которым прожила одиннадцать лет.
В ее истории равно важны детали и интонация.
Сначала Гоша ее поколачивал, после стал бить, а уже затем стал бить смертным боем.
Такие истории всем знакомы: сначала поставит синяк, обругает последними словами, потом следовали цветы и серенады — и вулканическая, что в любимой киношке, сцена примирения.
Идиллии в таких случаях всегда обречены. Эйфория в таких случаях очень редко не разрешается катастрофой. Катастрофой в виде регулярных побоев с рефреном: «Я не хотел, это ты довела».
Это такая отвратная казуистика и тошнотная редукция одновременно (я, например, это по службе в армии знаю): сопротивление будет сломлено, избиения превратятся в сеансы все менее или более — зависит от конкретного урода и его конкретных фрустраций — ожесточенного унижения, начисто лишающего самоуважения.
Она даже заявления в полицию писала, но есть вечные вопросы, и один из них, как пепел Клааса, начинает стучать в человеческие сердца, когда возникает трудноразрешимая проблема, и ты обращаешься в полицию, а там тебя отшивают; и этот самый вечный вопрос звучит так: на хрен вообще такая полиция нужна? Которая либо раздраженно отмахнется, либо улыбчиво отнекается, либо, что омерзительнее всего, припрется, вкрадчиво пожурит насильника да еще и махнет с ним по стаканчику.
А потом — хоррор до утра. За то, что наябедничала, паскуда.
Гоша душил ее, сломал ей нос, носился за ней с ножом, и не раз, ломал ей ребра.
Потом ей было запрещено общаться сначала с родными, потом с подругами, а закончилось запретом на общение со светом белым в принципе. Этот запрет был возведен в ранг базового постулата.
Сопротивление утратило смысл, и жертва эгоистичного садиста-циклотимика превратилась в овощ, утративший даже способность плакать. Ужас стал повседневностью.
И, конечно, такой кошмар не укладывается в сознании сторонних людей, которые любят поучать и порицать.
Я сам не люблю, очень не люблю, когда в компании, заслышав подобную историю, а таких историй очень и очень много, непременно отыщется какой-нибудь ригорист и ну укорять да песочить: почему сносила? Почему деру не дала?
Известная история, страна советов, «каждый мнит себя стратегом, видя бой со стороны».
Куда бежать? Одной? Забитой? Без копья? К кому, если у всех каменные рожи? Все вмиг делаются очень разговорчивыми уже постфактум. Случилась беда — и тут на первый план выходят звонкоголосые схоласты в обществе софистиков.
Нижеозначенную метафору не я для красивости притянул, это катины слова факсимиле: это заколдованное царство, царь подмял тебя, обратил в рабов тебя и детей твоих, и единственный выход — отправить скотину к праотцам. Убить.
Вы знакомы со статистикой, сколько замечательных, мировых, первостатейных наших женщин сидят, убив ввиду невозможности и далее терпеть ужас, впав в состояние аффекта пресловутого?
Это не статистика, а хроника смертоносных неврозов, которые становятся имманентными, летопись результативного отчаяния, проще выражаясь — катастрофа.
Это в кино визионеры делают из факта мести артефакт, здесь скукожившаяся Катя против жупела с гошиным рылом — и понимание «все, я больше так не могу, лучше сдохнуть, чем дальше такое терпеть».
А дальше, дорогие дешевые моралисты, как повезет. А сколько боли в разразившемся сейчас флэшмобе «я не боюсь сказать»! Какая география: шар земной! Такая концентрация боли, что хоть лопатой разгребай.
И везде: «сама виновата, довела…».
Гоша, как все закомплексованные уроды, вел себя так, как будто у него монополия на правоту, такие ублюдки не прячут за грубостью боль, нет, только комплексы, фрустрации, ущербность, они трусы, способные только слабых бить и разводить турусы.
Мы молчим, и Катя говорит: он орал, как всегда, что я уродина и мразь, и бил и бил, и я…я поняла: или сейчас, или… Добежала до кухни и схватила нож…
И не стало Гоши.
Сам виноват, довел.

http://prozvezd.info/zhizn/19-07-2016-otar-kushanashvili-o-muzheubijstve-ili-kogda-edinstvenny-j-vy-hod-otpravit-skotinu-k-praottsam
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments