kushanashvili_o (kushanashvili_o) wrote,
kushanashvili_o
kushanashvili_o

«Анжелика Варум никогда не пряталась за концептуальной придурью»

Я точно знаю (а Леня Агутин мне это подтвердил): Анжелика Варум может исполнить любую пьесу — орнаментальную, ориентальную, медитативную, как кино Терренса Малика, и огневую, как реплики мадам Захаровой из МИДа.
Отталкиваясь от референции отталкивающего Клода Лелуша про Спилберга («В Спилберге мне больше всего нравится Годар»), могу заявить,что в Варум мне больше всего нравится Лиза Стенсфилд, дружащая с Имани, у которой звучный альт с минорными арпеджио и глаза с поволокой.
В жизни Варум улыбается так, будто в ней, в жизни, нет уныния, гибельной агрессивности, снулой музыки, панических атак, косных людей; она производит впечатление совершеннейшего живчика со своей поступательной логикой.
Это целая наука — спеть песнь так, чтобы донести до человеков простую (притворно) мысль: на случай, если не собираешься жить вечно, попробуй быть счастливым здесь и сейчас.
Я этот постулат расслышал и в новом альбоме АВ «Женщина шла». В титульной пьесе (откройте для себя поэта Анжелику Варум) певица знакомит нас с протагонисткой, оберегающей свои грезы о любви с щепетильной решительностью.
Вот эти полутона я люблю в АВ, эту полуулыбку, эту магию неагрессивного, короткого взгляда, эти насилу сдерживаемые вздохи.
Варум никогда не пряталась за концептуальной придурью, за трюками.
«Женщина шла» — альбом неизменно изысканный, памятник разбитому сердцу, которое всегда надеешься склеить.
Как про этот маршрут — ОТ берега ДО берега — пропеть?
Варум и Крутой решили, что убедительнее всего будет волна шелестящая, а не торнадо. Она, волна, приятно щекочет щиколотки и удаляется восвояси, оставляя от себя шипящую на песке пену, как любовь порождает элегию по утраченной невинности.
В «Моей любви» лирическая героиня АВ уже не кадит Большому и Светлому чувству, но, роняя слезу, называет отношения «нелепым марафоном» и умоляет ее, истомленную, отпустить.
Пронзительный реквием.
«Все отдала, в душе ноль на счету!
Оставь мне просто ночь и пустоту».
Героиня Варум при этом не впадает в кататонию, никакой истерики, она, как Ахматова, «надолго уходит опять в свои перламутровые раковины».
«Песня — это не кусок торта, а кусок жизни», сказанула немаленькая певица Шер, и песня Крутого-Варум «Голос» очень отчетливо, но и очень жестоко этот постулат иллюстрирует.
Тут лирическая героиня, вооружившись кличем «Никогда!», переходит от урегулирования к тактике выжженной земли, понимая, что даже от компромисса сейчас, когда уже и сердца не слышно, пользы не больше, чем от стеклянного молотка.
Если вы не знали, то узнайте от меня: Варум в жизни пугающе и обезоруживающе изрядно владеет оружиями иронии и юмора.
Она из тех непростых, как мне видится, барышень, которые не полагаются всецело на рациональный подход, чтобы, по классику, «в результате не уморить голодом лучшую часть своей души».
И альбом — мнимо прозрачный. Да, в нем нет ни звука истерики, он весь звучит как «scripta manent» (лат. «не легко, но пройду»), но отчаяния в нем много, и если бы не сама Варум, которая в доподлинной, частной жизни справилась с неслыханными невознаградимыми утратами, я даже не знаю, кто бы ТАК пропел ТАКИЕ пьесы.
Пропеть «Одиночество» без строгого принятия судьбы невозможно.
Прежними альбомами Варум стяжала репутацию девушки, женщины, девы, леди, которая «умеет казаться легкой — и не быть поверхностной», не умеет прикинуться фефелой, без церемоний добивающейся профиту.
Варум — из поколения, воспитанного культурой намека и троеточия, именно в порожденной этим обстоятельством интонации — основная часть ее обаяния.
Была.
До альбома «Женщина шла», где она набрала воздуха, отказно помотала головой и пропела, что подсластители вредны, сделав невероятное усилие над собой и остановив хаотично скачущие мысли.
«Женский портрет любой — это сама любовь», и я смотрю на Варум. На ее нынешние фото, действующие на смотрящего психосоматически.
В разгар своей карьеры она достигла такой просветленности, что все ее коллеги кажутся истероидными шалунами, отчаянно молодящимися.
Она не выпускает песен в промышленных количествах, зато на слова Агутина поет «Маму» — и становится понятно, что жить еще не только можно, но и нужно.
Выражаясь по-умному, альбом «Женщина шла» — о поиске экзистенциальных перспектив для прехорошеньких и мудрых барышень, которых не пронять фертам и не нагнуть свинцовым мерзостям.
Это элегия по утраченной невинности, избежавшая соблазнов пошлости и манерности.
Культурное, без намеков и троеточий, напоминание о том, что женщина в самой силе дойдет куда нужно.

http://prozvezd.info/shou-biznes/20-12-2016-otar-kushanashvili-anzhelika-varum-nikogda-ne-pryatalas-za-kontseptual-noj-pridur-yu
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments